КОНВЕРСИОННАЯ РЕЗИНКА    

 

На почте пенсионеры постоянно уносили общественную ручку, даже привязанную к стойке ниткой, – расписывались в переводах и по забывчивости клали её в сумку. Нитка рвалась. Однажды муж кассирши принес с военного завода особо тонкую и прочную резину – на замену нитке.

…Отставной полковник Королько у окошечка кассира с утра был первым. За пенсию расписался общественной ручкой, задумчиво открыл сумку, которую носил на ремне через грудь, убрал туда деньги, ручку, застегнул и двинулся на выход. На улице ему показалось, что сзади сумку кто-то легонько потянул, но, оглянувшись, он никого не увидел и пошел дальше.

Идти становилось всё трудней. У прохожих складывалось впечатление, что на всей улице только одному мужчине в грудь дует ветер, поскольку шел он, наклонившись к тротуару и с усилием упираясь в асфальт.

…Не дойдя до родного подъезда одного метра, Королько остановился. «Да что ж со мной сегодня?» – подумал отставник, затем собрал все силы и рванулся в подъезд. Это привело к обратному эффекту.

Медленно набирая скорость, Королько спиной вперед начал возвращение к почте. Уже через несколько шагов он развернулся и перешел на рысь. Прохожие расступались, давая ему дорогу. Но многие не успевали. Между тем полковник уже сшибал на своём пути и журнальные развалы, и фруктовые палатки.

Увешанным бананами и с раскрытым «Плейбоем» на лице, пенсионера в течение двух секунд наблюдали возле булочной.

Влетев в операционные залы почты, Королько уже не бежал — скользил по мрамору пола, едва успевая перепрыгивать пороги.

Удар о дубовую стойку был смягчен — две полные женщины сильно удивились, когда в их тылы с коротким криком радости въехал немолодой мужчина.

Только здесь Королько упал. Поднявшись, он извинился, достал из сумки общественную ручку, вернул её на стойку и, с уважением оглядев резинку, ушёл.