Из дневника Моего Величества

В детском саду детишки королевских министров поделились на две группы – пенсионеров и чиновников, и весь день тихонько играли в геноцид.

Искал денег взаймы. Оказалось, камергер Моего Величества – генерал-фельдмаршал, кавалер ордена всех святых, сенатор и светлейший князь – говнюк.

Королевский суд отказал оппозиции в иске к премьеру, поскольку необозримые дворцы и замки тот приобрёл в состоянии аффекта.

На раскопках дедушкиного клада обнаружил вспотевших церковников и деликатно объяснил им, что архиепископы и археологи – специалисты разных профилей.

Наехал на премьера по поводу пустой казны – испугался, велел богадельням и лечебницам королевства ежедневно экономить по ведру какао.

На новогоднем утреннике Подмандит не нарочно пукнул, задув на ёлке свечи – тем самым глубоко оскорбил чувства малышей, верящих в Деда Мороза.

Ночью лидер оппозиции забрался на крышу конюшни и кричал инопланетянам, чтоб они похитили Моё Величество. А вот это уже не по-мужски!    

Подбежал лицеист на улице, просит автограф, протягивает фотку соседа-диктатора. Говорю: Так это ж не я! А он: Ничего, Ваше Величество, вы тоже прикольный. 

Всякие дураки обвиняют меня и моих друзей в том, что мы прибрали все деньги королевства. Чушь! У нас просто кружок нумизматов.

В думе фуршет по случаю принятия нового закона: дабы накормить в королевстве всех голодных, похлёбку по мискам раскладывать кисточкой.

Королевский министр культуры – редкий романтик. Так часто любуется небом, что птицам ни разу не удавалось его внезапно обоср…ть.

Споткнулся в думе о ковёр, сказал «чёрт побери», так депутаты всю ночь решали – насовсем ковёр в преисподнюю отдать, или только в аренду, на 49 лет?

Премьер прикупил производство носовых платков. Теперь тайно инвестирует в сквозняки и просит запретить подданным ковырянье в носу пальцем.

Тёща попала-таки на приём к моему личному лекарю, так тот сразу обнаружил в ней паразита. В этом она могла, кстати, и без лекаря, в зеркале убедиться.

Урезал королевским чиновникам зарплаты, ибо вчера скончались трое – от постоянного переедания, и сегодня двое – от внезапного обжорства.

Напомнил епископу про долг в казну – кредит на свечной заводик, так озлобился: «Всё ж до копейки давно вернул молитвами!» Пригрозил анафеме предать. 

Депутаты королевской думы крепко подсели на законотворчество. У многих патологическая зависимость, у спикера по выходным ломка.

Велю следить за работой королевского избиркома. Рождаемость падает, смертность растёт, а электорат стабилен, как валюта наших врагов! 

Народ болтает, что всё у нас в королевстве от лукавого, так вот официально заявляю: не лукавый я! А стеснительный и юркий.

Соседний монарх высокомерно не принял верительную грамоту у моего посла, который совершенно машинально слепил из неё кулёк для семечек.

Эврика! Буду тащить королевство из кризиса с помощью инноваций. Придурковатых министров отправлю в отставку, а новых велю напечатать на 3D-принтере.

Искреннее возмущение объединяет Моё Величество с интеллигенцией: меня, к примеру, возмущает зарплата учителей, а их возмущает моя зарплата.

Дабы подлечить утомлённых соратников, велел три недели считать мздоимство недугом, а заболевших врачевать из королевской казны в здравницах Ибицы.

Зимой народу не до революций – холодно, весной – пахать, летом бунтовщики на взморьях, а осенью удвою стрельцам паёк. Всё будет хорошо.

Целый месяц шут тягал в клубе гири, надорвался, обиделся, расплевался с коллективом и написал в газету заметку «Из дрищей в гераклы».

В завершение теплого общения с народом по поводу кризиса премьер был неторопливо отмутужен – после фразы «Вместе мы всё преодолеем!»

Подмандит полночи не спал. Велел ключнице почитать ему сказку на ночь, так та сказку не нашла, почитала «Сложные случаи в стоматологии».

После каждых выборов тысячи ярких, удивительно нежных птичек «колибри» слетаются в королевство, чтобы склевать лапшу с ушей электората.

Вчера, в ходе литературного спора, королевский прокурор убедил меня в том, что «украл» и «сакральный» – однокоренные слова.

Мой пожилой приятель перед венчанием с молодухой переел молодильных яблок. Лишь на мгновения превратился в младенца, а обо…раться успел.  

Подарю тёще на Рождество молодого ротвейлера – здоровый, подлый, недоверчивый. Бонусы – бантик на хвосте и подвижная психика.

Крестьянам королевства год никто не мешал – и урожай порадовал. Нынче, дабы удвоить успех, велел министрам не мешать мужикам в 2 раза усерднее.

Назначу-ка пенсию вдове личного дантиста, казнённого давеча. В своём дневнике он тепло и с любовью пишет о моих верхних боковых резцах.

Сынишка придворного священника научил нашего Подмандита употреблять в молитвах перед образами слова «короче» и «приколись».

Министр пищеварения хоть и поклялся, что убрал из молочных продуктов пальмовое масло, а всё равно сметана пахнет обезьянами.

Зайка проверяла чувствительность кожи, взобралась на высоченный штабель матрацев поверх горошины, но ночью забылась и соскочила к горшку.

Подозреваю, что королевский судья умышленно забывает очки дома – вчера двух старых пердунов, уличённых во взятке, признал малолетками.

Тёща свихнулась на пользе гулянья со скандинавскими палками. Подскажу-ка ей про пользу плавания с нашейным кирпичом.

Кризис коснулся каждого. Палач крепко задумался над тем, как организовать казнь, чтобы за свои услуги успевать брать с клиента чаевые. 

Пока народ в День независимости Королевства пил горькую за вертикаль, шут и примкнувшая к нему тёща пили сладкую за горизонталь. И танцевали.

Лелею надежду, что нация не пропадёт – в Королевской школе кадрового резерва мало кому удаётся сдать экзамен на умение врать, не краснея.

Посреди ночи проснулся и переполошился – кто я? Царь, король или император?! Босиком до уборных добежал, в зеркало глянул – красавец!

Брат погиб не в борьбе за трон, просто любил на ночь кислую капусту, горох в молоке и моченые яблоки. И утром, не проветрив спальню, чиркнул спичкой.

Прошлой зимой соврал подданным, что злой колдун заморозил пенсии, нынче такое уже не прокатит – пенсионеры еще до зимы пожгли всех колдунов.

Боюсь потерять память. Вон бабушка Моего Величества запустила свой склероз, так однажды нечаянно поужинала семь раз подряд и лопнула насмерть.

С раннего утра тёща слоняется по замку, заглядывает во все щели, злая и молчит – потеряла зубы, никак не найдёт. Посоветовал ей погуглить.

Зима. В замке дубак. Один из воспитателей нашего Подмандита, прогуливаясь во флигеле горничных, нечаянно приморозил язык к замочной скважине.

Глава мафии вынудил королевский суд отпустить его из-под стражи, предъявив смягчающее обстоятельство: на его попечении большая семья.

Министры предлагают сократить повсюду зарплаты, ибо население переедает. Враньё. Говорят, на окраинах королевства народ мышкует.

Палач наслушался монашек в трактире, устыдился своих злодеяний и решил покончить с собой – вчера переел мороженого, сегодня намочил Манту.

Принял гениальное решение – увеличить в королевстве добычу нефти и продажу её за бугор, так гляжу – другие монархи тоже так хотят. Ну, не придурки?

По делу о вредном поведении оппозиции на празднике урожая королевская прокуратура, за неимением других свидетелей, допросила свидетелей Иеговы.

У каждого чиновника на стенке мой портрет. Спрошу в церкви, подхалимаж это, или я тоже должен подвесить над собой непосредственного начальника?

Учредил Орден королевских сатириков. Красивая униформа, клятва, оклад, план по сдаче подъ…бок в закрома родины, за усердие – премия.  

Тёща издевается над моей чистоплотностью – подарила зубную щётку с моторчиком в 50 лошадиных сил. Подарю-ка барабан её глухому, блаженному соседу.

Вчера суд на 50 лет отсрочил повешенье моего знакомого, с утра признал казнь условной, в обед полностью оправдал и принёс извинения, вечером судья утопился.

Несколько депутаток королевского парламента, вернувшихся из летних путешествий, умоляют коллег тихонько отозвать закон о запрете бэби-боксов.

Вот не нравится тёще, что в свободное время я сочиняю эпитафии на её надгробие. В ответ на досуге она подыскивает для меня дешёвенький мавзолей.

Королевская полиция пролетает с премией – за год не поймала ни одного убийцы-грабителя-насильника, весь улов – дюжина скептиков и два покемона.

Все бы чиновники так переживали за репутацию! Главный санитар королевства подал в отставку, узнав, что в его бороде наблюдали престарелую блоху.

Зайке как-то был сон, будто приполз в спальню раненый великан и надругался над нею. С тех пор у неё под подушкой всегда наготове травы, мази и бинты.

Дедушка был моряком и, умирая, повелел впредь пупки новорожденным завязывать морским узлом. Бабушка, помню, огорчилась, она макраме любила.

Старый приятель скупил все магазины белья в королевстве, а потом уговорил меня остановить фабрику стиральных порошков и позакрывать прачечные.

Дабы пополнить королевские конюшни, ночью послал к соседу взвод конокрадов. Вернулись без лошадей, но с гусями, девками, хмельные и с песнями.

К королевскому парламенту сразу после выборов повадились ходить всякие независимые газетчики с ласковым вопросом: продлевать будете?  

Премьер крайне возмущён нищетой учителей. Для самых бедных преподавателей гимназий велел немедленно открыть бесплатные курсы клофелинщиц.

Спросил королевского пророка, как потомки назовут эпоху моего правления? Подумал, покраснел, попросил удалить детей и женщин, а сказать так и не посмел.  

Вступая в партию власти, королевский премьер выпросил себе тайную партийную кличку «Камо», но уже через два дня переделал её в «Комон эврибади».

Любимый повар пытался меня отравить. Казнил его, но честью короля поклялся исполнить последнее желание. Пришлось взять на его место его сынишку.    

Вернул министрам их годовой отчёт об экономическом развитии королевства.  Мало того, что цифры дутые, так еще и смайлики по всему тексту.

Нашёл верный источник пенсионных выплат  – по утрам гоню королевского казначея на рынок, шельмец давно скрывал талант и опыт напёрсточника. 

Тёща Моего Величества с возрастом всё загадочнее. Вчера нюхнула табаку, чихнула с аппетитом и спрашивает: «Сколько я была в отключке?»

Поручил премьеру разобраться с голубями, гадящими на мою статую, так он просто укрепил изваянию шею – чтоб голова могла выдержать тонну г…вна.

Весной шут сдуру привёл на корпоративный сабантуй знакомую прачку, так она теперь зайка спикера и, того и гляди, приступит к государственным делам.

Растроган до слёз. Партия власти совсем за небольшие деньги опять согласилась взять на себя хлопоты по проведению выборов в королевский парламент.

Гоним с зайкой свою водку, назвали в честь сына – Подмандитовка. Для верных друзей настаиваем на клюкве и мандаринах, для умных – на белене.

Велел отобрать у палача чернила и бумагу – садист тайно истязает узников. Вчера в ночь перед казнью читал приговорённым свою поэму про ремонт гильотины.

Мой сын Подмандит когда-нибудь станет таким же великим, как я! «Большой перд…н и мелкий шептала – одинаковые вонючки». Это шут приписал, пока я кушал. Зараза.  

Велел найти мне еще одного зама, только глупого – чтоб не подсидел, так холопы уверяют, что глупее меня в замке остался только пудель сторожа.

С утра возле королевского замка шумит толпа стариков и старух – опять требуют дешёвой еды. Премьер советует раздать им бесплатный wi-fi.

Печалька. Славил нацию в парламенте, схватился за оголённый провод микрофона и нечаянно наплевал в душу пролетариату, крестьянству и прослойке интеллигенции.

Пристроил безработного спортсмена скотником, так пришлось прогнать – заморская антидопинговая контора отыскала мельдоний в крови молодой козы.

В Минздраве, видимо, бардак. Вместо «табак убивает», читаю на сигаретах: судья надувает, хирург попивает, господь забывает, бабло уплывает, склероз окрыляет.

Шут просится за бугор на симпозиум клоунов. Уже выучил на их языках слова «здравствуйте, пожалуйста, без комментария, благодарю, всего доброго и говнюки».

Проследил и узнал, как тёще удаётся весь день трендеть и не уставать: на ночь кладет зубные протезы в стакан с живой водой.

Велел членам моей партии перед выборами похудеть и осунуться. Самые преданные похудели, но многие до сих пор не осунулись.  

Народ груб. Премьер общался с пенсионерами, пожелал им на прощание здоровья, бодрости, счастья, так в ответ закидали навозом и обозвали пи…дадуем.

В народе смута. Вчера усложнил вечернюю молитву: «…а ежели суждено мне будет оставить трон, то только в результате естественной ротации кадров».

Спикер сломал зуб, и Дума одним голосованием категорически запретила продажу сосисок с косточками под видом сосисок без косточек и недоносительство.            

Вернул вороватого воеводу из острога на должность – по состоянию здоровья. Подлечили ему лекари клептоманию, но диагностировали клаустрофобию.

Во избежание пожаров велел принести Зевсу человеческую жертву. Генератор случайных чисел выбрал редактора газеты оппозиции «Вперёд».         

Чтоб надуть разведку врага, велел холопам нашить фальшивых ковров-самолётов, так они просто матрасы на просушку вынесли! Теперь мы не армада, а ссыкуны.     

Королевский палач горько обижается на земляков, называющих его палачом. Пожалел садиста, повелел подданным отныне называть его Палычем.

Народ вдруг хлынул в полицию с доносами, дерутся в очередях. Оказалось, королевское МВД ввело в практику увлекательную программу защиты свидетеля.  

С утра прибежал премьер, продемонстрировал первый продукт своего инновационного центра – смокинг, в котором можно пукать прилюдно – ни запаха, ни звука.

Рано утром социальный министр доложил Моему Величеству: бедных в королевстве больше нет. Что он с ними за ночь сделал? Даже думать боюсь.

Судя по последним публикациям правильных газет, главной проблемой королевства Моего Величества является вездесущая перхоть.   

Договорился было в сетях с девицей-затейницей о тайной встрече, но оказалось – шут её знает – она была старшей в гареме дедушки.

Палач по выходным тайно подрабатывает на погребениях, переодеваясь в плакальщицу  – копит деньги на бензопилу для пыточной.